Самый юный волонтер России, помогающий бойцам СВО: «Ребята, мы с вами, мы вас поддерживаем, ждем. Мы вами гордимся!»

Эти слова произнесла двенадцатилетняя краснодарская девочка Наташа Павлова, которая уже, наверное, не представляет свою жизнь без возможности совершать добро.

Наташа — самый юный волонтер России с позывным «Белка». За ее плечами — десятки поездок в Донецк и Луганск, Рубежное и Кременную, встречи с ранеными бойцами и детьми, оставшимися без крова и возможности жить под мирным небом, сотни собранных грузов, авторская песня «Я жду папу с войны», тронувшая до слез даже взрослых и сильных мужчин, благотворительный телеграм-канал, посвященный событиям на фронте, и медаль Минобороны России на груди.

Ее отец — Николай Павлов, командир роты фронтовой разведки, который в 52 года ушел на фронт добровольцем. Дочка поехала за ним, и сердце ее осталось там.

Мы встретились с Наташей, чтобы поговорить не о подвигах. Поговорили о ней. О чем она мечтает, что чувствует и как ей удается сохранять добро, видя столько жестокости и несправедливости.

— Военные дали тебе позывной «Белка». А как ты сама объясняешь, почему именно «Белка»?

— Как ни странно, но раньше я между собой и этим зверьком не замечала никаких совпадений. Когда приехала на СВО, мне сказали, что у всех есть позывной, и мне он тоже нужен будет обязательно. Если честно, женские позывные очень сложно выбирать. У меня не было идей, какой позывной придумать, и бойцы сказали, что я похожа на белку, потому что такая же гиперактивная и добрая. Я с радостью поддержала эту идею и стала «Белкой». После этого начала встречать этого зверька постоянно, просто везде. И когда мы гуляем с подружкой, видим белку, она говорит: «О, твой братец!» или «Твоя сестричка!»

— Ты видела много тяжелого. Как тебе удается не злиться на весь мир после этого?

— А я не знаю, как можно, видя трагедию, становиться злым. С рождения во мне сильно развита эмпатия. Если я вижу какую-то трагедию у человека, если у него есть какая-то проблема, хочется ему помочь. Например, в школе, если одноклассник — даже с которым не очень хорошо общаюсь — не понимает тему, я объясню ему и помогу исправить оценку. Хотя со мной в новой школе не всегда ребята общаются доброжелательно, я никогда не отвечаю злом. Такой вот у меня принцип в жизни!

— Когда ты пишешь стихи или музыку, думаешь только о своей семье или стараешься говорить от лица всех детей, которые тоже ждут своих пап?

— Конечно, хочется передать чувства всех детей. Потому что уверена: я не единственная девочка, которая скучает по своему папе и мечтает о том, чтобы он вернулся домой живым и здоровым. Наверное, прочувствовать, как ребенок ждет папу с войны, могут только те дети, у которых отцы на фронте. Это я замечаю по тому, как по-разному дети слышат мою песню «Я жду папу с войны». У кого-то папа воюет или воевал — и они воспринимают ее совсем по-другому, чем те, чьи отцы остались дома. То же самое и со взрослыми. Те, кто прикасался к войне — волонтерил, воевал, у кого воевали дети, братья, мужья, они все равно слышат эту песню совсем иначе. И очень грустно понимать, что у некоторых случается горе — папы, братья, мужья не возвращаются. Мне невероятно повезло, что мой папа теперь со мной рядом, целый и невредимый.

— Ты помнишь свою первую поездку на фронт?

— Я ехала первый раз только для того, чтобы увидеть папу, потому что очень скучала. Не было у меня на тот момент цели помочь, сделать добро. А потом уже, увидев все происходящее, я поняла, что больше не смогу туда не вернуться, сердце мое осталось там. Начала ездить с волонтерскими миссиями, навещая папу. Там он всегда меня встречал, сопровождал и обеспечивал мою безопасность. А сейчас, когда он вернулся, мы вместе с ним совершаем добрые дела.

— Ты говоришь, что в каждой школе должна быть своя «Белка». Как думаешь, какое самое простое, но доброе дело может сделать любой обычный ребенок?

— В рамках СВО можно поддержать детей, которые находятся в зонах боевых действий, добрым словом, написать письмо, нарисовать рисунок, записать видео, поучаствовать в сборе гуманитарной помощи, в волонтерской акции. Каждый должен сказать нашим защитникам: «Ребята, мы с вами, мы вас поддерживаем, ждем. Мы вами гордимся!»

Если дети моего возраста, младше, старше хотят помогать, не выезжая в зону СВО, можно начать с маленького, как я в детстве. Например, перевести бабушку через дорогу, помочь родителям донести продукты до дома или однокласснику с учебой.

— Как ты думаешь, почему некоторым людям так сложно понять, что сейчас важнее помочь другим, чем заботиться о своем комфорте?

— Я считаю, что просто не каждый человек способен помогать реально от души. Тем более сложно понять боль других людей тем, кто к этому не прикасался. Если бы увидели эту беду, этих детей, которые живут в ужасе уже больше 10 лет, с 2014 года, которые выросли и не видели ничего, кроме войны, подавляющее большинство не осталось бы в стороне.

Я помогаю, потому что это глубоко отзывается во мне. Чувствую себя счастливее, когда вижу, как дети радуются чему-то такому, что здесь у нас — в Краснодаре, в Москве, в любом другом большом городе — есть и так, без усилий. Когда эти дети получают то, что, казалось бы, есть у любого ребенка в повседневной жизни, они радуются до слез — это очень трогает.

— В поездках ты видела много женщин-военных, врачей и волонтеров. Как эти встречи изменили твое представление о том, какой может быть женщина?

— Женщины там все очень сильные, они борются до конца, никогда не отчаиваются. Возможно, им грустно, что случилась какая-то трагедия, но я никогда не встречала на СВО женщину, у которой опущены руки. Они всегда готовы стараться, чтобы военные действия прекратились. Эти женщины намного смелее и сильнее, чем мужчины, которые сидят дома и боятся подумать о том, что такое война.

— Ты очень рано повзрослела. Есть у тебя моменты, когда забываешь о волонтерстве и можешь побыть обычной девочкой?

— Папа совсем не дает мне побыть обычной девочкой. У меня очень много дополнительных занятий: музыкальная школа по классу фортепиано и по классу вокала, я занимаюсь танцами, английским с репетитором, театральным мастерством. Поэтому волонтерские поездки, выступления на форумах, различные концерты для меня — это возможность переключиться от школы и большой нагрузки по дополнительным занятиям и спорту. Такие своеобразные мини-каникулы.

Конечно, иногда удается провести время с друзьями, их у меня очень много. С семьей я путешествую, отдыхаю на море, недавно ездила в детский лагерь. Но каждый вечер вспоминаю о своих задачах: начинаю писать пост или новую песню, продумывать, что меня ждет завтра, послезавтра, через месяц и даже через год, к каким мероприятиям нужно подготовиться.

— Получается, основную часть работы ты делаешь сама?

— Я стараюсь делать все сама, но, конечно, мне очень много помогают папа и опытные волонтеры из нашего сообщества: писатели, поэты, музыканты, известные артисты эстрады, кино и театра. Каждый старается посодействовать мне и моему развитию, они все меня опекают. Я показываю свою заготовку, и они сразу же подключаются, помогают с рифмой, корректируют идею. Я развиваюсь семимильными шагами, потому что со мной всегда рядом профессионалы.

— Когда приходишь в разные школы и рассказываешь ребятам правду о том, что происходит, какой их вопрос или реакция удивляет тебя больше всего?

— Часто спрашивают: «А как у вас там? Часто летают беспилотники? А у вас часто взрывы?» Хотя у нас в Краснодарском крае, в Москве и других городах тоже бывают прилеты, взрывы, сирены ночью. Сейчас практически нет такого уголка, где было бы все спокойно. Каждый город прошел или будет проходить, к огромному сожалению, через ужасы военных действий. Также дети, которые живут здесь, совсем не знают, что происходит в зонах СВО. И слава Богу, что это так, но мы должны быть готовы всегда ко всему.

— Какой ты видишь свою жизнь, когда наступит полный мир?

— Сложно это даже представить, потому что мне сейчас 12 лет, и война длится уже почти половину моей жизни, а последние несколько лет я еще и глубоко погружена в нее. Сегодня даже не представляю свою жизнь, если не будет СВО. Я понимаю, что это очень плохо.

— Мы много говорим о волонтерстве, и это вызывает огромное уважение. Но ведь у тебя есть и обычные мечты?

— У меня есть мечта, связанная со спортом, я буду к ней стремиться. Есть такой проект на одном федеральном канале — «Супер Ниндзя дети», мне бы очень хотелось туда попасть. Папа для меня уже построил трассу, и я приступаю к тренировкам. Также хочу участвовать в соревнованиях по ниндзя-спорту и, конечно же, выиграть. Хотя я достаточно поздно пошла в этот спорт, считаю, что у меня все получится. Главное — не лениться!

— Если бы ты могла отправить короткое сообщение самой себе, когда тебе исполнится 18 лет, что бы написала?

— Естественно, я бы у себя восемнадцатилетней спросила про свои успехи в творчестве и спорте, попросила бы не останавливаться на достигнутом. Я бы написала себе о том, что надо оставаться такой же доброй, такой же неравнодушной к чужим проблемам и трагедиям, сказала бы, что надо еще больше помогать людям.

Я бы написала: «Очень надеюсь, что тебе за меня не стыдно».

Мы проговорили с Наташей несколько часов, гуляя вдоль реки Кубань. И даже когда эта двенадцатилетняя девочка показывала свои любимые места для игр с подругами и рассказывала про уроки в школе, меня не оставляло ощущение, что я общаюсь со взрослым, состоявшимся человеком, который понимает, что будущее зависит от наших поступков здесь и сейчас. Глядя на то, сколько людей поддерживают «Белку» и безгранично помогают в ее добрых делах, сколько ребят восхищаются и следуют ее примеру, можно с уверенностью сказать, что у нашей страны впереди — яркое и счастливое будущее!

Краснодар Краснодарский край